Бесчестный судья

Индийская притча

Жила в Дели мусульманка по имени Фатима. Муж у неё давно умер, детей не было. Она устала от одиночества, мирская суета ей наскучила и решила она отправиться на богомолье в Мекку. Распродала вдова своё хозяйство и драгоценные украшения, а вырученные золотые монеты сложила в мешок, горловину завязала, камедью (густым и клейким соком некоторых растений, употребляемых как клей) запечатала и на неё свою печать поставила. В мешке было восемьсот мохуров. Решила Фатима отдать этот мешок на хранение честному правоверному мусульманину. Долго раздумывала она и, наконец, вспомнила про одного кази (мусульманского судью). Слыл он в Дели набожным и честным человеком. Фатима пришла к нему со своим золотом, сделала салам и сказала:

— Господин судья! Я хочу поехать на богомолье в Мекку, но есть у меня одно затруднение. Хочу попросить вашей помощи.

— Биби, какое такое у тебя дело, чем я, ничтожный, могу тебе помочь? Говори, не медли, — ответил кази.

— В этом мешке восемьсот мохуров, — стала объяснять Фатима. — Я хочу отдать их вам на хранение. Если умру в дороге — можете потратить деньги по своей воле, ну а коль вернусь жива и здорова, вы отдадите мне мешок в целости и сохранности.

Обрадовался кази и говорит:

— Всей душой рад я, ничтожный, помочь такой добродетельной и набожной женщине, как ты, биби. Оставляй спокойно всё, что захочешь.

Фатима отдала судье мешок и поехала на богомолье в Мекку. Была она женщина предусмотрительная и пометила все свои монеты особым знаком, да так, чтобы никто тот знак не заметил. Пока она добиралась до Мекки и путешествовала по святым местам, прошло пять лет. А кази тем временем задумал подлое дело — украсть золотые монеты. Он нашёл такой хитрый способ, что и золото забрал, и печати на мешке не тронул, — с виду всё осталось, как было.

Воротилась Фатима домой, пришла к кази. Он ей мешок отдал, вдова обрадовалась, поблагодарила кази и, довольная, пошла домой. Открыла — и в глазах у неё потемнело: вместо монет — там камни и куски меди! Схватила Фатима мешок, прибежала к кази и показывает, что внутри лежит.

— Биби! — ответил судья. — Я-то ведь не знал, что у тебя в мешке было. Каким ты мне его дала, таким и назад получила. Откуда мне знать, золото в нём или камни?

— Господин кази! — взмолилась вдова. — Здесь было всё моё добро, больше у меня нет ничего, и жить мне не на что. Сделайте милость, отдайте моё золото, пожалейте сироту — и зачтётся вам заслуга, да и я век за вас буду молиться. Сама я, своими руками, отсчитала восемьсот мохуров и положила в мешок. Если не хотите отдать всё, отдайте хоть половину. Весь город считает вас достойным человеком, люди вам верят. Негоже вам так обманывать слабую женщину.

Разозлился кази за такие слова, глаза выпучил и говорит:

— Хватит с меня! Замолчи сейчас же! Ещё хоть слово дурное мне скажешь — и плохо тебе будет. Прикуси язык, да уходи подобру-поздорову, не то я тебя вышвырну.

Несчастная вдова совсем растерялась и молча ушла. В душе у неё кипела обида на бесчестного судью. «Пойду к падишаху, — подумала женщина. — Иначе не заставить мошенника отдать золото». Пришла она к падишаху и рассказала свою историю. Акбар приказал позвать кази. Тот явился во дворец, и падишах спросил у него:

— Что ты можешь сказать о её золотых монетах?

— Милосердный государь! Как собралась она в паломничество, так вручила мне мешок, запечатанный камедью и печатью. По возвращении её, через пять лет, я отдал ей мешок в целости и сохранности. Не знал я, что у неё там — пыль или же священный пепел.

Падишах отпустил судью, но чувствует, что дело тут нечисто, и говорит Фатиме:

— Ты не беспокойся. Получишь свои деньги назад. А пока иди домой и жди.

Много дней подряд пропавшее золото не шло у падишаха из головы, ни о чём другом он и думать не мог. Однажды ночью он встал, взял ножницы и разрезал полог над своей кроватью, а сам потихоньку ушёл в другую комнату. Утром пришёл слуга-постельничий и стал убирать постель. Вдруг заметил он дырку в пологе, перепугался и позвал других слуг. Задрожали они все от страха, убоявшись гнева государева. Стали прилаживать полог так, чтобы дырку не было видно. Тут один старый бывалый слуга и посоветовал:

— Не так уж это страшно. Есть в городе один искусный штопальщик. Позовите его, и он так починит полог, что старого от нового не отличишь.

Так и сделали слуги. И впрямь, штопальщик очень ловко заделал дыру — даже не найти дырки. Пришёл падишах в опочивальню и стал искать на пологе дыру, но как ни смотрел — ни дыры, ни следов починки не нашёл. Наутро Акбар позвал постельничего и начал допрос. Слуга, бедняга, совсем сбился, не знал, как отвечать, чтобы не прогневить государя. Видит падишах, что у слуги от страха руки-ноги трясутся, и говорит:

— Чего ты боишься? Скажи мне правду, и я прощу тебя.

— Владыка мира! Вчера я убирал вашу постель, глянул невзначай на полог и так и замер, увидев на нём дыру! Совсем я покоя лишился, очень гнева вашего боялся. Созвал я всех слуг, и один старик посоветовал полог починить и штопальщика назвал. Я привёл сюда того мастера, и он заштопал полог. Вот и всё, больше ничего не было. Владыка мира! Коль я в чём оплошал, пожалейте меня, бедного, помилуйте!

— Приведи ко мне штопальщика, тогда я тебя помилую, — строго сказал падишах.

Слуга тотчас исполнил приказание. Падишах отослал слугу и спросил у штопальщика:

— Говори по правде, приходилось ли тебе когда-нибудь чинить мешок, запечатанный камедью?

— Приходилось, владыка мира! Это ведь моё ремесло. Года два-три назад один кази велел мне починить мешок.

— А что в том мешке было?

— Куски олова и меди, а ещё немного мела.

— Что дал тебе судья за труды?

— Два золотых мохура.

— Где же они? Можешь ты их показать?

— Покровитель бедных! Я могу показать только один золотой, другой я разменял и потратил.

— Ладно! Хватит и одного, живо неси его сюда.

И падишах велел позвать Фатиму и кази. Вскоре все трое пришли в дарбар. Увидел кази штопальщика и в лице переменился. Падишах заметил это и совсем потерял доверие к судье. Взял он у ремесленника золотую монету и подал её Фатиме:

— Погляди получше и скажи: есть на ней знак, которым ты свои монеты метила или нет?

Пригляделась Фатима, нашла свою метку и показала её падишаху. А он спросил штопальщика:

— Скажи-ка, миян, не этот ли мешок ты чинил когда-то?

— Этот, этот! — отозвался штопальщик.

— А в каком месте он был разрезан?

— Владыка мира! Приглядитесь повнимательней, и вы найдёте следы моих стежков, их почти и не видно.

Падишах повернулся к кази.

— Всё у тебя на глазах проверяется. Если ты с чем-то не согласен, говори!

Кази молчал, не знал, куда от стыда деваться, и глаз не подымал.

— Арестовать этого мошенника! — приказал падишах.

Бесчестного судью отвели в темницу. Дом его обыскали и нашли золотые монеты. Фатима их все по одной перебрала и показала свои метки. Имущество кази падишах забрал в казну, а вдове отдал её мохуры и напоследок сказал:

— Впредь будь поосторожней, не делай больше таких глупостей.

Штопальщику в награду за правдивость Акбар подарил пять золотых.

18.07.2015

1 309

0

1,0

7

-2 -1 0 1 2

Личная заметка к притче

Пожаловаться

Если у вас нет русской клавиатуры, воспользуйтесь сервисом транслитерации

Отменить    

Удалить комментарий

Нет

Интернет-магазин Притчи.ру