Панна Смерть

Увидела как-то одна пожилая женщина, что на улочку, где она жила, завернула Панна Смерть, испугалась (тут не до шуток!) и скоренько закрыла ворота. Только вознамерилась вернуться в хату, — глядь, а Панна Смерть уже стоит у неё во дворе. Проскользнув мимо неё, женщина забежала в хату и закрыла сенные двери.

А Смерть уже в сенях. Закрыла хатные, — тщетно, — Панна Смерть уже в светлицу вступила.

Упала тогда старенькая перед ней на колени, давай умолять:

— Всемилостивая, прошу, не бери ты меня, дай пожить!

— Так ты боишься смерти? — спросила Повитуха Потустороннего Мира.

— Ещё как боюсь.

— Как же ты ожерелье своих лет собирала?

— Вот так и собирала: жила и боялась, боялась и жила.

— Уж лучше умереть, чем так жить, — сказала Панна Смерть. — Бояться, прятаться, запираться… Разве для этого ты пришла в этот мир?

А женщина, знай, своё ведёт:

— Ради Бога живого, молю, не отнимай ты у меня душу. Что хочешь бери, а души не трогай. Год, два… прошу!

— Торг со мной вести — дело напрасное, — молвила Всесильная, — но тебе уступлю. Сейчас я превращусь в гречневое зёрнышко, а ты меня проглоти. Посмотрю я, что в твоём сердце творится.

Сделала женщина, как сказала ей Смерть, — и что же?! — слышит вдруг изнутри её голос:

— Вот сижу я на золотом дне твоего сердца и вижу — сколько же здесь места свободного. Безмерно! — и дальше говорит: — А ну, попробуй впустить в сердце саму себя.

А женщина ей в ответ:

— Будто впустила.

— А теперь — хату свою, и двор свой, и село…

— Впустила.

— А Украину сможешь?

— Уже во мне!

— А всю Землю?!..

— Есть!

Только она сказала это «Есть», как перед ней снова предстала Прекрасная Гостья.

И сказала ей Смерть торжественно:

— Впустив в своё сердце меня и себя, и всю Землю, ты и сама стала безграничной, как Земля. А всей Земли я ещё долго не трону…

Несомненно, и по сей день живёт Бессмертная Бесстрашная Бабушка. Это про неё так хорошо сказано в народе: «В хате у неё, как в веночке, хлеб выпечен, как солнце; сама сидит, как цветочек».