Обман

Можно. Есть люди, которые степень самообмана свели для себя к минимуму. Но таких единицы.
Будда учил, как это сделать.

По общему представлению, иллюзии – это некие сны наяву, миражи, род временного помрачения. (Словарь говорит, что по латыни это – ошибка, заблуждение). Реальность, напротив, нечто надёжное, то, в чём можно быть точно уверенным. (Вещественное, т. е. материальное – вторит словарь). Реалист – это человек, который строит свои расчёты на твёрдой почве, учитывая истинное положение вещей. Чтобы соответствовать этим ожиданиям, реальность должна быть устойчивей и долговечней иллюзий.

Не так на самом деле. Мир непрерывно меняется, в нём, как у людей, - всё непрочно, всё не навсегда. Реальность изменчива, расчёт подводит. Одно изменяет нам, другому – мы. Среди всеобщего непостоянства не оказывается ничего надёжней и устойчивей… иллюзий. (Иллюзии – следствия неизменных, по крайней мере, с неолита, свойств человеческой натуры. Так как эти свойства вынуждены проявляться в разных условиях, то формы их проявления различны).

Иллюзии неизменны. Неизменно и наше представление о реальности. Поколение за поколением продолжают приписывать ей качества, которыми она не обладает ( но которые они х о т е л и б ы у н е ё в и д е т ь). Человек не любит перемен. Они ставят под сомнение привычный уклад его жизни, рождая неуверенность в завтрашнем дне и опасения за то, что ему дорого. Поэтому, помимо скепсиса и неприятия, новое вызывает тревогу. Отсутствие новостей – хорошая новость, говорит пословица.

Пусть желанные качества одного в действительности присущи другому, с иным названием. Если оно з а м е н я е т первое, то что нам в имени его? Разве с детства внушаемые иллюзии предков не становятся для нас реальностью? Дозы иллюзий, полученной в школе, некоторым хватает на всю жизнь. Или мало у нас иллюзий собственных, от третьестепенных до таких, на которых зиждется наше мировоззрение? Личные и общепринятые, пережив нас, они будут последней нашей реальностью, нашей историей.

Разумеется, воззрения, веками разделяемые большинством, не исчезают вовсе, просто у тех, кто зачислил их в разряд заблуждений, они принимают иную форму. Каждая эпоха здесь вносит присущее ей своеобразие. Люди – дети своего времени, поэтому, как мудро заметил Шоу, дикарь поклоняется идолам из дерева и камня, а цивилизованный человек – идолам из плоти и крови. Аналогичная догадка посещает и антрополога : «Ничто не напоминает так мифологию, как политическая идеология. Быть может, в нашем современном обществе последняя просто заменила первую».


Иллюзии, иллюзии. Накопленное веками, великое их множество правит нами, именуясь традициями, верой, идеалами. Попытки освободиться от них, и весьма решительные, были обречены ( из наиболее известных и решительных: киника Диогена, хиппи, а в масштабах общества – «культурная революция» в Китае. Но попытка Мао волевым решением отменить сложившуюся веками национальную психологию, разумеется, провалилась. Японцы же успешно сумели поставить её на службу своим целям.) Избавляться-то приходилось от всей нажитой человечеством культуры, рецидивы которой можно предотвратить, лишь изменив… не человеческую природу, что невозможно, а – человеческой природе.

Иллюзиям обычно противопоставляется «истинное положение вещей». Тому, «что есть истина», в сущности, и посвящено всё это небольшое исследование. Пока же, как это всеми неявно подразумевается, допустим: что некая истина существует, сама по себе, независимо ни от чего. Тогда настаёт очередь вопроса, а удаётся ли её высказать, то есть сказать правду? Вот аргументы «против». Попробуем рассудить, достаточно ли они весомы.

Говорить только правду, ничего кроме правды практически невозможно, человек несовершенен, он ошибается (ненамеренно), а значит, уже лжёт, сам того не ведая.
Правда жестока, и никто не бывает настолько плох (или настолько глуп), чтобы рассказывать в с ю правду о близких ему людях и о себе. Никого не осчастливив, вы приобретаете врагов и среди друзей. Всю правду нельзя говорить даже там, куда за неё попадают.

«Если вы читаете биографию, помните, что правда никогда не годится для опубликования» (Шоу). Это понимали всегда. Бессмертны лишь мифы, и всем, обретшим бессмертие, пришлось умереть дважды, сперва в жизни, а потом в легенде. Недаром слово «легенда» означает «то, что должно быть прочитано».

Полно, да знаем ли мы правду? Чаще только так думаем. Ведь известно, что хуже всего мы знаем тех, кто рядом, и то, в знании чего мы убеждены. Простейший пример – мы сами. Самооценка – одни заблуждения. (Например, 70% опрошенных относят себя к верхней четверти имеющих наилучшие способности к лидерству, и только 2% считают, что в этом они ниже среднего. 60% мужчин уверены, что входят в ту же верхнюю четверть по атлетическим качествам, только 6% признали, что как атлеты они ниже среднего. Перечисление иллюзий легко продолжить.)

Мы так устроены, что соринку в чужом глазу видим лучше бревна в своём. И выходит, что когда говорим правду, не можем быть уверены, что это так, ту же правду, в которой уверены – нельзя говорить.

Стоит ли бороться с иллюзиями (особенно, если они нас устраивают)? Правдоискателям живётся нелегко. Правд столько, сколько и людей, поэтому все они относительны. Здравый смысл для того и нужен, чтобы знать, где какую сказать. (Одни и те же факты могут быть по-разному интерпретированы, намеренно (достаточно переставить акценты) или нет (восприятие одним и тем же человеком в разных контекстах, в разные периоды своей жизни, разными людьми). Не придуманная ситуация для любителей «чёрного юмора» - звонок из могущественного учреждения:
- Нам нужна объективная характеристика на Н.
- Понятно. А какая?
- Объективная.
- Понятно, что объективная, но какая?

У каждого человека своя правда, та, что его устраивает. (Множество таких правд, от личных до государственных, составляют действительность нашего мира, изменчивую, но необычайно прочную: чтобы разрушить основанное на миллионах вер, нужны не только миллионы сомнений, но и новая вера. Распинаемые в Римской империи бунтари и рабы выдумали и поверили в того, кто, будучи также распят, воскрес, неподвластный земному суду. Существовавшие тогда религии были основаны на «круговой», циклично повторяемости, аналогичной природной. Такая схема не оставляла надежд на реванш, и была избрана противоположная ей – эсхатологическая. Постепенно, выросшая и обросшая многочисленными реалиями и институтами, новая вера сама стала господином в империи и пережила её.)

У каждого человека - устраивающая его правда, которая и есть его реальность, реальность, созданная верой в её существование.

Не надо забывать, что так непросто обстоит дело с истиной «статичной», неизменной, в действительности всё сложнее. О чём неплохо сказано у В. Банева: «Правда и ложь, вы не так уж несхожи: вчерашняя правда становится ложью, вчерашняя ложь превращается завтра в чистейшую правду, в привычную правду».



То, что реальность человека – его иллюзии, разумеется, не открытие. (И к числу распространённых заблуждений принадлежат политические и религиозные. Среди пророков и вождей встречаются иллюзионисты высочайшего класса. Впрочем, часть из них верит собственным лозунгам, являясь, таким образом, и первыми жертвами своих иллюзий. (Если бы и последними!) Примеров здесь более, чем достаточно, но пусть читатель сам приведёт те, что ему по вкусу. Иначе, среди названных иллюзий ненароком могут оказаться и его. Позволю себе лишь простенький безобидный пример. Выражение «понедельник – день тяжёлый» стало пословицей и ни у кого не вызывает возражений. Но не странно ли, что после выходных, после отдыха работа даётся тяжелее, чем в конце недели, когда накопилась усталость? Статистика травматизма, несчастных случаев и дорожно-транспортных происшествий неоспоримо свидетельствует: самый тяжёлый день – пятница.)

Усвоившие то обстоятельство, что реальность человека – его иллюзии, с успехом используют это, играя на имеющихся иллюзиях или создавая необходимые для осуществления своих целей.

Вот лишь несколько известных примеров, которые показательны ещё и тем, что разоблачение не сказалось на действенности и живучести этих самообманов.
(Томас Пейн в «Веке разума» наивно полагал, что в результате опубликования его анализа текстологических несуразностей в Библии – религия падёт. Не обладая способностями последнего, ваш автор не столь и самонадеян. Упоминаемые в этой работе человеческие иллюзии намного переживут её.)

Итак, обещанные примеры.
Исследования (США) показали, что курильщики не узнают табак своих любимых сигарет, т.е. фактически курят «имидж» (созданный рекламой привлекательный образ товара, с которым якобы должны ассоциироваться определённые качества у его потребителя).
Курят имидж, одевают имидж, пьют всё тот же выдуманный образ и голосуют за него.

Как выяснилось, подлинные качества кандидата обычно становятся помехой его избранию. Поэтому опытные специалисты по рекламе стараются свести к минимуму его участие в избирательной компании и, если можно, обойтись без него, ограничившись фамилией, портретом и легендой. Не столь важны действительные преимущества предлагаемой религии, системы или товара, сколько вера в них потребителя. Без неё все преимущества ничего не стоят, тогда как при наличии веры – они не обязательны.

Если нам достаточно иллюзии выбора, то, вероятно, нас устроит и иллюзия свободы.
В ходе психологического эксперимента испытуемые должны были решать сложные головоломки и заниматься корректурой. Этому мешал довольно громкий, беспорядочный и неприятный шум, порождаемый сочетанием разговора двух людей (на испанском и армянском языках), звуками работающего мимеографа, настольного калькулятора, пишущей машинки и грохота улицы.

Испытуемых разбили на две группы. Одной было просто предложено работать над заданием, членам другой группы указали кнопку, отключающую шум. Группа с выключателем разгадала головоломок в пять раз больше и допустила ничтожное количество ошибок при вычитке корректуры. Думаете, потому, что отключала шум?
Н и о д и н из испытуемых группы с выключателем н и р а з у им не воспользовался.

Оказалось, достаточно одной уверенности в контроле над ситуацией, по сути, иллюзии контроля – кнопка н а с а м о м о м д е л е могла быть уловкой и не отключать шум, никто из членов группы это не проверил.

Таким образом иллюзии контроля было отдано предпочтение перед контролем действительным, перед поступком, который просто напрашивался. Ирония ещё в том, что данный пример взят из книги (Т.Питерс, Р.Уотермен «В поисках эффективного управления») анализирующей и воспевающей опыт лучших американских компаний, умеющих создавать такие иллюзии у своих работников, вследствие чего и преуспевающих больше, нежели конкуренты, «честно» и прямолинейно эксплуатирующие чужой труд.

Не удивительно, что и создаваемое впечатление действенности способа заменит человеку саму действенность. Это было учтено одной фирмой, выпустившей средство от комаров. К миниатюрному приборчику с антенной прилагалась инструкция, сообщавшая, что излучаемые им микроволны отгоняют занудливых насекомых. Учёные установили, что комары ведут себя при включённом приборе так же, как и без него (Комары ведь читать не умеют). Однако люди были убеждены в его эффективности и покупали вовсю. При работе издавал лёгкое жужжание, а человеку не так страшен укус комара, как его, не дающее уснуть, тонкое «з-з-з», которого теперь не было слышно.

Другой пример из области медицины. Две группы больных сначала получали настоящие лекарства, помогавшие им. Затем в одной группе таблетки заменили аналогичного вида пустышками. Эффект от их приёма оказался не хуже, чем в группе, где подмену не производили. Поистине, реальность человека держится на вере в её существование. Наибольшей силы такая вера достигала в первобытных племенах, где авторитет колдуна был необычайно высок.

Там вера (именно она под видом магии) выполняла много различных функций, в том числе футурологическую, врачебную и судебную. Именно на ней основан гипнотизм колдовских обрядов. Достаточно вспомнить уже хрестоматийный рассказ, как, благодаря такой вере членов племени был выявлен и получил кару преступник: поедание «заколдованной» пищи, безвредной для всех, кроме виновного, после чего тот, действительно, умер. (Сравните это с сегодняшним отношением к правосудию. Можно понять церковь, рассматривающую историю человечества как регресс).

Главное – не личность чудотворца (магнитофон за ширмой успешно заменяет гипнотизёра), а его авторитет, созданный другими. Джордано Бруно в 16-м веке писал: «… все маги, врачеватели или прорицатели ничего не в силах сделать, если им не обеспечено доверие… Богословы верят, признают и возвещают, что тот, кто будто бы мог совершать какие угодно чудеса, - Христос – бессилен был исцелить неверующих в него… Дело в том, что земляки, хорошо знавшие его жалкое происхождение и недостаток образования, презирали его и издевались над этим божественным врачевателем. Отсюда пошла поговорка: «Нет пророка в своём отечестве».

Действительно, «Твоя вера спасла тебя» - это слова самого Христа к исцелённому им. Но и сам Бруно верил в переселение душ, а приведённая выдержка взята из его трактата по магии.

Ныне (прогресс обязывает) для горожан, особенно – интеллигентных, колдуны, конечно, анахронизм, предпочтение отдаётся чудесам парапсихологов и экстрасенсов. Люди не изменились. По-прежнему главное для них не само явление, а его подача, не «что», а «кто», форма, а не содержание. Исследования социологов показывают: оценка того, что нам предлагают, зависит от нашего отношения к тому, к т о предлагает. (Ср. у Хайяма:» …если глупый лекарство подаст тебе – вылей, если мудрый подаст тебе яду – прими»).

Одни и те же политические лозунги вызывают различную реакцию в зависимости от то, кому они приписываются. То есть оценка информации зависит не от её содержания, а от отношения к её источнику. Если он нам нравится, мы склонны принять его содержание, если нет, то скорее отвергнем его. Потому-то большинство проповедников прельщают лишь обращённых, оставляя глухими грешников.

Реальность каждого – плод его воображения. Но этой воображаемой реальностью он живёт, и она… воплощается. Чудеса самовнушения из практики йогов – результат длительного, специального обучения, к тому же вне Индии это пока экзотика, нечто неординарное. А вот абсолютно здоровая, решившая покончить с собой женщина, принявшая на ночь – в полной уверенности, что принимает яд – неопасные для жизни порошки от насекомых и к утру умершая – это факт повседневности. Факт – приоткрывающий подлинную природу человеческой реальности.

Человек не только живёт иллюзиями, но и не может ими не жить. Иллюзии, в избытке поставляемые нашим воображением, необходимы нам даже тогда, когда, казалось бы, мы знаем им цену. На Кавказе ширина кепки – «аэродрома» (хинкале) свидетельствует о социальном положении владельца. Чем он богаче и более уважаем, тем она шире. «Кепочная иерархия» строго соблюдается. (Хотя нам известно о соседях больше, нежели они думают, соседи знают нас лучше, чем мы сами).

«Узкокепочники» нашли выход. Уезжая торговать в чужие края, они берут с собой и большую кепку, которую надевают там, где их не знают. Не останавливает их и то, что покупатели не подозревают о значении этой кепки, т.е. обманывают они лишь самих себя.

Если б реальность, с которой мы имеем дело, не была создана нашим воображением, то чёрт был бы страшнее, чем его малюют, а исполнение сильнее угрозы, чего в действительности не происходит.

Следствием существования множества несхожих реальностей является огромное число противоречащих друг другу теорий, якобы объясняющих общий всем нам мир, тогда как каждая из них повествует лишь о мире иллюзий их создателя.
(Мы видим только то, что понимаем (каждый по-своему), т.е. видим не столько глазами, сколько мозгом. Р.П.Грегори в своей книге «Глаз и мозг» приводит случаи, когда люди, практически от рождения слепые, обретая зрение, неспособны были им воспользоваться. Они даже не могли нарисовать что-либо, что, казалось бы, теперь видели, но о чём раньше не знали через осязание).

Лозунг – «вся власть воображению!» - был бы революционным для палеолита. В неолите оно уже у власти, что видно по уровню культуры племён этого периода.

Послушаем такого мастера создавать иллюзии, как Борхес: «В широком смысле, страсти, идеи, предположения столь же реальны, как факты повседневности. Я уверен, что все философы мира влияют на повседневную жизнь». («Идея, овладевшая массами, становится материальной силой» Маркс).

Войны начинаются в умах. Иллюзии людей нетерпимы, а в нашей действительности, с её Вавилоном мнений, они постоянно сталкиваются с антагонистами и, чтобы выжить, пытаются изменить, подчинить или истребить другие, непохожие. Особенно опасны те, что царствуют, официально признанные истинными. Это на деле означает торжество принципа: «Если факты не соответствуют теории, тем хуже для фактов» (Гегель).

(Человек – интересное существо. Любой знает, что иллюзии имеют все, но говоря «все», подразумевает «остальные». (У нас это взгляды). Отсюда понятно, почему осуждать можно только чужие иллюзии и всегда с позиций своих. Люди забавно устроены, но из людей состоят поколения, народы и правительства…
Смена одежд и декораций ни для кого не меняет сути театрального действа, но во Всемирной истории принято замену старых иллюзий новыми называть прогрессом).

Итак, действительность, с которой мы сверяем мысли и поступки, нами (и другими) выдумана. Но тогда кумир нашей эпохи, наука, коей должно проникать в суть явлений, иметь дело с подлинной реальностью, оказывается в руках тех, для кого подлинная реальность – собственные или чужие иллюзии. Выходит, высшей целью и конечным результатом изысканий учёного становится постижение ложности своих посылок. («Высшего триумфа разум достигает, когда ему «удаётся» заронить сомнение в собственной годности» Мигель де Унамуно).

Ввиду того, что невозможно заменить их более адекватными, учёному приходится рассматривать собственные теории (даже взаимоисключающие) как равновероятные гипотезы.

Но пусть бы даже вышеназванного препятствия не существовало (т.е. учёные не были бы людьми), оно – не единственное. Как и мы, его обитатели, наш мир невероятно иррационален, в отличие от науки. Изучать его средствами последней, значит рационализировать: перевести на язык строго определённых понятий, в которых он предстанет уже чем-то иным, потом произвести с этим иным различные операции (по правилам, совершенно чуждым тому первоначальному, чьё изучение вроде бы ведётся) и полученный результат назвать его законом.
Даже фокусник, чьё искусство состоит в обмане публики, тасуя колоду, достаёт из неё игральную карту, которую мы задумали, а не пытается уверить нас в этом, вынув топографическую.

Думал, Максим.
Более того, я всегда рисую себе картину мира на случай, если мой оппонент окажется прав. И примеряю эту картину на себя: что я буду делать, если всё будет именно так.
Так что, не беспокойтесь. :)

Более того, я на 100% уверен, что всё не так, как я себе это представляю. Т.е. не в точности так. Хотя бы потому, что я в принципе не могу знать всего. Но я всегда оставляю некоторую свободу обстоятельствам случиться иначе, чем я себе это представлял. Т.е. готов к этому.